Удар по мощности нефтепереработки привёл к глубокому топливному кризису: в июле переработка нефти сократилась на 25% и опустилась до 3,91 млн баррелей в сутки, что является минимальным значением за последние 20 лет.
Последствия для цен и инфляции
Месячная инфляция в пересчёте на год сразу выросла — с показателя около 2% в мае до 10,6%. Эксперты предупреждают, что топливный шок может добавить ещё 1–1,5 процентных пункта к годовому росту цен.
Инфляционные ожидания населения подскочили до 14,7% — максимального уровня с начала войны. Оценки граждан реального роста цен на покупки составляют около 15,1%, а аналитики повышают годовой прогноз инфляции до примерно 6,2%.
Экономические риски и кредитная нагрузка
Невоенный сектор экономики скатывается к рецессии: две трети корпоративных кредитов выданы под плавающую ставку, долговая нагрузка предприятий достигает рекордных уровней времён пандемии. Центробанк ограничен в возможности снижать ключевую ставку из‑за ускорения роста цен и высокого уровня государственных расходов (ставка сейчас около 14,25%), что уменьшает шансы на оживление гражданской экономики.
Риски для инфраструктуры и работников
Промышленные объекты и портовые терминалы стали мишенями, что создаёт дополнительные риски для логистики топлива и безопасности сотрудников. Работники отрасли ежедневно сталкиваются с повышенной опасностью на своих рабочих местах.
Комбинация снижения переработки, логистических проблем и высокой долговой нагрузки создаёт серьёзный набор рисков для стабильности цен, платёжеспособности бизнеса и темпов экономического роста в ближайшие месяцы.
