Сообщения о гибели политических заключённых в России часто поступают с запозданием, а официальные версии — в том числе о суициде или естественной смерти — вызывают сомнения у родственников и правозащитников.
По данным правозащитников, с начала 2026 года в тюрьмах и следственных изоляторах скончались как минимум пять человек, осуждённых по политически мотивированным статьям: художники Александр Доценко и Андрей Акузин, сотрудник оборонного предприятия Роман Сидоркин, блогер Христолюб Веган и бывший шахтёр Олег Тырышкин. О смерти ещё одного заключённого — Романа Тюрина — стало известно в этом году, хотя он умер в 2025‑м. По крайней мере в двух случаях смерть была официально квалифицирована как суицид.
Проповедник и блогер Христолюб Веган
47‑летний проповедник и антивоенный активист умер в колонии в Воронежской области. Родственникам сообщили, что он повесился в камере. Ранее Веган был приговорён к лишению свободы и этапирован в колонию общего режима; перед этапированием он выходил на антивоенные пикеты и подвергался новым штрафам и арестам.
В день, когда стало известно о его гибели, в аккаунте, который вёл покойный, появилось заранее записанное видео, где он предупреждал о риске для жизни и просил в случае смерти провести независимую экспертизу. Собравшиеся указывают, что Веган был глубоко религиозным человеком, и многие из его сторонников сомневаются в официальной версии о суициде. Семья приняла решение кремировать тело, не проводя независимую экспертизу.
Художник Андрей Акузин
53‑летний художник умер в следственном изоляторе в Комсомольске‑на‑Амуре. По официальной версии, это было самоубийство вскоре после ареста по делу, связанному с интернет‑комментарием. Близкие и коллеги отмечали у него подавленное состояние; годом ранее один из их общих друзей покончил с собой, и это усиливало опасения по поводу психологического состояния Акузина.
Поклонники и друзья не исключают, что на состояние Акузина могло повлиять давление в изоляторе; известно также, что после ареста он некоторое время находился в изоляции без адвоката.
Художник Александр Доценко
65‑летний художник, осуждённый за распространение антивоенных материалов, умер в феврале — по официальной версии, от инфаркта. Родственникам сообщили о госпитализации лишь спустя два дня; позже стало известно, что ему вводили искусственную кому.
Семья узнала о смерти не через тюремные органы, а от врачей больницы. Сторонники и знакомые обращают внимание на задержки в информировании родственников и на резкое ухудшение состояния после ареста.
Сотрудник оборонного предприятия Роман Сидоркин
52‑летний Роман Сидоркин был осуждён в 2023 году и отбывал срок в Курской области. В декабре 2025 года он заболел пневмонией, однако, по данным активистов, своевременного лечения не получил. В начале января его перевели в специализированное учреждение, где в феврале получила подтверждение пневмонии, но через несколько дней он скончался.
Правозащитники ранее указывали на случаи жестокого обращения в этом же учреждении; после обращений активистов надзорные органы сообщили о выявленных нарушениях, но подробности не раскрыли. Сидоркин включён в список умерших, которых считают жертвами политически мотивированного преследования.
Риэлтор Владимир Осипов
В марте в следственном изоляторе скончался житель Подмосковья, осуждённый за публикации в соцсетях. Родственники сообщали о тяжёлом состоянии сердца и о том, что на судебных слушаниях ему многократно отказывали в адекватном лечении. По словам близких, ему вызывали врача во время обострений, но процесс продолжался, и ему не дали выступить с последним словом.
Знакомые и родственники также описывали нечеловеческие условия при этапировании и в содержании: отсутствие базовых вещей, плохое качество пищи и воды, длительное ожидание передач.
Бывший шахтёр Олег Тырышкин
64‑летний бывший шахтёр и профсоюзный активист был осуждён по делу об «оправдании терроризма» после комментария в сети. По данным его близких, у Тырышкина были серьёзные хронические заболевания, включая кисту головного мозга и проблемы с дыханием.
Ему неоднократно становилось плохо на заседаниях, и в одном случае он лёг на пол камеры, жалуясь на затруднённое дыхание. Медперсонал заявлял об отсутствию критических показателей, а суд расценивал поведение как симуляцию и продолжал слушание. Подробности его смерти долго оставались непубличными.
Что объединяет эти случаи
Во всех описанных делах родственники и правозащитники указывают на задержки с информированием, недостаточное или несвоевременное медицинское обслуживание и сомнения в официальных версиях причин смерти. Активисты отмечают рост числа подобных случаев после ужесточения репрессий в последние годы.
Правозащитные организации продолжают собирать информацию о подобных случаях и призывают к независимым расследованиям, а семьи погибших требуют прозрачности и ответов на накопившиеся вопросы.
