Участников российско‑украинской войны готовят к выборам в Госдуму от московских округов

На выборах в Госдуму 2026 года в четырех из 15 одномандатных округов Москвы могут баллотироваться участники боевых действий в Украине. При этом на выборах в Мосгордуму 2024 года столичные власти, в отличие от администраций многих регионов, не продвигали в городской парламент «ветеранов СВО».

Московская администрация традиционно подбирает кандидатов в городскую думу так, чтобы с ними было максимально удобно работать в повседневном режиме. Но на выборах в федеральный парламент мэрия готова учитывать приоритеты федерального центра и демонстрировать лояльность президенту Владимиру Путину, который неоднократно заявлял, что хотел бы видеть в органах власти больше военных.

Кто из военных может пойти по московским округам

Сейчас известно о четырех участниках боевых действий, которые готовятся к думской кампании. Все они связаны с партией «Единая Россия».

Эдуард Шонов — участник российско‑украинской войны, участник президентской кадровой программы «Время героев» и заместитель генерального директора «Федерального центра беспилотных авиационных систем». Он участвует в праймериз «Единой России» по Перовскому одномандатному округу.

Эльдар Шарипов, с 2021 года возглавляющий местное отделение «Единой России» в районе Восточное Дегунино на севере столицы, идет на праймериз по Ленинградскому округу. В 2023 году он добровольно отправился на войну в Украину, после возвращения получил медаль аннексированной ДНР «За отвагу» и государственную награду «За храбрость».

Заместитель директора московского Центра управления городской аэромобильностью Эдуард Казымов участвует в праймериз по Тушинскому одномандатному округу. По данным патриотических проектов, он с февраля 2022 года находился в зоне боевых действий в Украине, где получил контузию и осколочные ранения при артобстреле, но отказался от эвакуации и продолжил командовать подразделением. За это ему было присвоено звание Героя России и вручена «Золотая звезда».

Военный с позывным «Дед» — Александр Шелковой — заявлен на внутрипартийное голосование по Медведковскому округу.

По данным источников, близких к московской администрации, Шонова и Шелкового в итоге могут перевести из одномандатных округов в партийный список, освободив округа для чиновников или статусных депутатов. Это возможно и в том случае, если в ходе праймериз выяснится, что у военных есть сложности с публичной политикой: на встречах с избирателями или при общении с вышестоящей властью они могут вести себя непредсказуемо.

Сценарий нынешней кампании предполагает, что Шонов и Казымов сменят в Госдуме действующих депутатов‑единороссов — педиатра Татьяну Буцкую и доктора химических наук Александра Мажугу.

Шарипов и Шелковой, в свою очередь, должны занять места, которые на прошлых выборах были отданы представителям системной оппозиции — депутату от «Справедливой России» Галине Хованской и депутату от «Новых людей», актеру Дмитрию Певцову.

Почему Москва долго избегала «ветеранов СВО» в городской политике

Десятки участников боевых действий уже получили мандаты в региональных парламентах. Два года назад по партийным спискам в законодательные собрания разных субъектов Федерации прошли 34 военных — в том числе в Республике Алтай, Тульской области и аннексированном Севастополе. В Москве же все 14 военных, участвовавших во внутрипартийных праймериз «Единой России», заняли в основном последние места и до выборов в Мосгордуму не дошли.

Теперь, в преддверии выборов в Госдуму, подход изменился: столичная администрация решила поддержать нескольких участников войны. Источники, знакомые с подготовкой кампании, подчеркивают, что речь идет не о желании сделать «ветеранов СВО» самостоятельной силой в столичной политике. Логика скорее обратная: с Мосгордумой мэрия взаимодействует постоянно, а с федеральным парламентом контактов меньше, и поддержка военных на этом уровне воспринимается как политический жест в адрес президента и администрации главы государства.

«Мосгордума — для себя, Госдума — для начальства и Кремля», — так описывает этот подход один из политтехнологов, работавший и с московскими властями, и с политическим блоком администрации президента.

Другой консультант, продолжающий сотрудничать с федеральными структурами, объясняет, почему на выборах в Мосгордуму 2024 года военные так и не были выдвинуты в качестве реальных фаворитов:

«В такой кампании нужно больше прямого контакта, встреч с избирателями. Не факт, что встречи с эсвэошниками прошли бы спокойно. В целом Москва и СВО — вещи далекие друг от друга. Поэтому тогда решили лишний раз не рисковать. Да, при электронном голосовании избрали бы тех, кого нужно. Но с избранными военными потом пришлось бы работать», — говорит собеседник.

По его словам, и в столице, и в регионах кандидаты от одномандатных округов должны быть «ближе к земле» — регулярно встречаться с жителями, уметь выстраивать коммуникацию с людьми. В небольших округах, где избиратели лично знают своих кандидатов, избирать военных, по его мнению, сложнее: уровень доверия к ним ниже, а управленческий опыт зачастую отсутствует. Однако на федеральную кампанию это, по его словам, существенно не повлияет: «на выборах в Госдуму для администрации президента изберут тех, кого посчитают нужным».

Интерес Якушева и роль столичных технологий голосования

Еще одной причиной усиленного продвижения военных в Госдуму собеседники называют личный интерес секретаря генсовета «Единой России» и сенатора от Тюменской области Владимира Якушева привлечь внимание президента. В этом, по их словам, ему помогает мэр Москвы Сергей Собянин, с которым Якушев много лет работал в одном регионе: когда Собянин возглавлял Тюменскую область, Якушев был мэром Тюмени, а затем сменил его на посту губернатора.

Политтехнологи отмечают и технический аспект. Москва считается электорально управляемым регионом за счет системы дистанционного электронного голосования (ДЭГ). Это, по оценке консультантов, дает больше возможностей провести нужных кандидатов по округам, чем в субъектах Федерации, где таких инструментов нет или они развиты слабее.

Один из вице‑губернаторов регионального уровня рассказывает, что у него тоже есть на примете военные, которых можно было бы выдвинуть в местный парламент. Но регион, по его словам, не относится к числу «электоральных султанатов», и он сомневается, что избиратели поддержат таких кандидатов по округам. «В Москве есть ДЭГ, с ним куда проще», — резюмирует чиновник.

Почему число военных‑кандидатов ограничили

По оценке одного из политтехнологов, работавших с московской мэрией и политическим блоком администрации президента, четыре военных на 15 столичных одномандатных округов — «очень много». Однако другой собеседник, близкий к политическому блоку, с этим не согласен: по его словам, на ранних этапах обсуждения в Госдуму хотели провести заметно больше участников боевых действий — «настоящих ветеранов, а не просто чиновников или депутатов с военным прошлым».

В процессе отбора, утверждает он, выяснилось, что значительная часть таких кандидатов не подходит для работы в парламенте: «Многие просто не годятся для работы в Госдуме — а это реальная, рутинная работа».

Кроме того, федеральные власти, по словам источников, не заинтересованы в слишком большом количестве военных в высшем законодательном органе. Существует опасение, что при существенном представительстве они могли бы сформировать неформальное объединение со своей повесткой и отдельным влиянием. «В большом количестве они образовали бы фракцию, которая говорит на одном языке, фактически еще одно депутатское объединение», — говорит собеседник.