Блокировки интернета в России усилили интерес к эмиграции и ударили по рейтингам власти

Масштабные перебои в работе интернета, блокировка мессенджеров и усиление борьбы с VPN вызвали всплеск интереса к эмиграции среди жителей России.

Согласно данным сервиса «Яндекс Вордстат», количество поисковых запросов о переезде из России в другие страны достигло максимума с момента осенней мобилизации 2022 года. По сравнению с началом текущего года число таких запросов выросло более чем вдвое: с 19,6 тысячи в январе до 22,9 тысячи в феврале и 40 тысяч в марте. В сравнении с первым кварталом 2025 года интерес россиян к возможностям переезда увеличился примерно втрое: тогда в январе–марте фиксировалось 16,2 тысячи, 12,4 тысячи и 12,9 тысячи запросов соответственно.

Политолог Илья Гращенков отмечает, что традиционная стратегия усиления запретов перестает автоматически превращаться в общественную поддержку. По его словам, люди устают не столько от жесткости как таковой, сколько от ощущения, что ограничения постоянно множатся, а перспективы улучшений не просматриваются. В результате формируется конфликт между запретительной моделью управления и запросом общества на более спокойную и предсказуемую жизнь.

После удара по интернету официальные рейтинги власти показали наиболее заметное падение с начала войны. Уровень «одобрения» деятельности Владимира Путина, по данным ВЦИОМ, снизился на 8 пунктов и опустился до 67,2%. Показатель «доверия», рассчитываемый по открытому опросу, где фамилия президента напрямую не задается, упал ниже 30% — примерно вдвое ниже значений 2015 года.

К критике в адрес властей подключились и фигуры, ранее считавшиеся лояльными системе. Так, Z‑блогер Илья Ремесло, прежде известный доносами на оппонентов режима, публично потребовал ареста президента. Неожиданным символом протеста стала бывшая участница реалити‑шоу «Дом‑2» Виктория Боня: ее видеообращение к Путину, в котором она предупреждает, что терпение людей может оборваться «как пружина», а между обществом и властью выросла «стена», посмотрели более 20 млн человек.

По данным источников в деловых кругах, к президенту непублично обращались несколько предпринимателей и банкиров с просьбой притормозить наступление на интернет, которое стало «головной болью» для бизнеса, уже страдающего из‑за повышения налогов и замедления экономики. При этом представители элит, близкие к власти, допускали, что под давлением общественного недовольства власти могут отказаться от дальнейшего ужесточения регулирования сети и даже позволить мессенджеру Telegram продолжить работу в России. Однако фактический уровень блокировки сервиса, которым на начало года пользовались около 100 млн человек в стране, по оценкам, остается около 90%.

По мнению Гращенкова, в новых условиях власти вряд ли откажутся от курса на усиленный контроль, но, вероятно, попытаются сделать его менее болезненным для повседневной жизни граждан. Речь, по его словам, может идти о поиске баланса между соображениями безопасности и раздражением населения, между инерцией репрессивной политики и необходимостью не допустить резкого ухудшения общественных настроений.

Тем не менее эксперт не исключает и дальнейшего закручивания гаек. Такой сценарий, считает он, станет реальным, если на первый план вновь выйдет логика безопасности, а падение рейтингов будет воспринято не как сигнал к корректировке курса, а как повод для еще более жесткой дисциплинирования общественного пространства.