Закрытие судоходства через стратегически важный Ормузский пролив и неудавшаяся попытка его частичного открытия в минувшие выходные вновь подчеркнули: судьба этого ключевого узла транспортировки нефти и газа остаётся неопределённой. Уже сейчас ясно, что даже после достижения мирных договорённостей возвращение к довоенным объёмам перевозок займёт месяцы, а возможно, и годы.
В субботу власти Ирана объявили об ужесточении контроля над проливом в ответ на американскую блокаду: по данным судоходных источников, иранские военные обстреляли несколько судов и предупредили моряков о закрытии прохода, хотя всего за несколько часов до этого Тегеран заявлял об его открытии. На следующий день США задержали иранское судно, следовавшее вопреки блокаде в Бандар‑Аббас.
Спутниковые данные днём в понедельник показали, что через Ормузский пролив смогли пройти лишь три танкера.
Переговоры и угрозы срывов судоходства
Президент США Дональд Трамп заявил, что дипломатические контакты продолжаются, однако одновременно пригрозил возобновлением военных действий в случае новых препятствий для судоходства в проливе.
Фактическое перекрытие Ормузского пролива последовало за началом 28 февраля совместных ударов США и Израиля по целям в Иране. С этого момента движение через маршрут, по которому обычно проходит около пятой части мировых морских поставок нефти и газа, практически остановилось.
Мгновенный шок для рынка энергоресурсов
Последствия оказались быстрыми и тяжёлыми. Около 13 млн баррелей нефти в сутки и примерно 300 млн кубометров сжиженного природного газа в сутки оказались заблокированными в акватории Персидского залива. Это вынудило производителей останавливать месторождения, нефтеперерабатывающие заводы и газовые терминалы, что нанесло серьёзный удар по экономике целого ряда стран от Азии до Европы.
Боевые действия также привели к длительным повреждениям энергетической инфраструктуры и подорвали дипломатические связи в регионе.
Как будет происходить восстановление
Вопрос о том, как именно пойдёт восстановление морской логистики и когда отрасль сможет рассчитывать на возврат к прежним объёмам операций, остаётся открытым.
Темпы нормализации зависят не только от хода переговоров между Вашингтоном и Тегераном, но и от сугубо практических факторов: логистики, доступности страхования для танкеров, стоимости фрахта и готовности судовладельцев принимать повышенные риски.
Освобождение «застрявших» судов
Первыми покинут Персидский залив примерно 260 судов, которые за время блокады накопили на борту около 170 млн баррелей нефти и 1,2 млн метрических тонн СПГ, по оценкам аналитической компании Kpler.
Большая часть этих партий, вероятнее всего, направится в азиатские страны, на которые обычно приходится около 80% экспорта нефти из Персидского залива и до 90% поставок СПГ. По мере выхода этих судов в регион начнут заходить более 300 пустых танкеров, простаивающих в Оманском заливе; они будут следовать на погрузочные терминалы, такие как Рас‑Таннура в Саудовской Аравии и нефтяной порт Басра в Ираке.
Их первоочередной задачей станет разгрузка прибрежных хранилищ, которые быстро заполнились в период остановки судоходства через Ормуз. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), коммерческие запасы нефти в странах Персидского залива сейчас составляют около 262 млн баррелей — эквивалент примерно 20 суток добычи. Переполненные резервуары практически не оставляют пространства для наращивания добычи до возобновления полноценного экспорта.
Ограничения по флоту и времени рейсов
Даже после снятия непосредственных блокирующих факторов логистика танкерных перевозок будет сдерживать полноценное восстановление экспортных потоков. Обычный круговой рейс с Ближнего Востока до западного побережья Индии занимает около 20 дней, а более протяжённые маршруты в Китай, Японию и Южную Корею растягиваются на два месяца и более.
Дополнительным узким местом может стать дефицит самих судов: многие танкеры были переориентированы на маршруты из Северной и Южной Америки в Азию, где рейсы занимают до 40 дней.
Восстановление баланса мирового танкерного флота и возврат погрузочных операций в Персидском заливе к довоенному ритму, по оценкам транспортных аналитиков, будет неравномерным и, даже при благоприятном развитии событий, займёт не менее восьми–двенадцати недель.
«Замкнутый круг» добычи и логистики
По мере постепенного увеличения загрузки танкеров таким крупным производителям, как Saudi Aramco и ADNOC, придётся перезапускать добычу нефти и газа на месторождениях, а также работу НПЗ, остановленных в период активных боевых действий.
Это потребует сложной координации, включая возвращение тысяч квалифицированных специалистов и подрядчиков, эвакуированных во время конфликта. Темпы восстановления добычи будут зависеть и от наличия свободных резервуарных мощностей на терминалах, формируя взаимозависимую связку между судоходством и производством.
По оценкам МЭА, примерно на половине нефтегазовых месторождений Персидского залива пластовое давление остаётся достаточным, чтобы выйти на довоенные уровни добычи примерно за две недели. Ещё около трети месторождений смогут вернуть прежние объёмы в течение полутора месяцев при условии безопасности на море и восстановления нарушенных цепочек поставок оборудования и материалов.
На оставшихся примерно 20% объектов, где добывается эквивалент 2,5–3 млн баррелей нефти в сутки, восстановлению мешают серьёзные технические трудности: низкое пластовое давление, повреждённое оборудование и перебои с электроснабжением. На таких площадках речь идёт о работах, которые могут растянуться на многие месяцы.
Долгосрочные повреждения инфраструктуры
Ряд крупных энергетических объектов понёс масштабные повреждения. Так, на гигантском СПГ‑терминале Рас‑Лаффан в Катаре выведено из строя около 17% мощностей, а ремонт, по предварительным оценкам, может занять до пяти лет. Некоторые стареющие и технологически сложные скважины, особенно в Ираке и Кувейте, возможно, уже не смогут вернуться к прежним уровням выработки.
Со временем длительный провал поставок может быть частично компенсирован бурением новых скважин и расширением добычи в регионе, однако этот процесс займёт как минимум год и возможен только при устойчивой безопасности и сохранении мира.
Перспективы рынка: быстрый мир не гарантирует быстрое восстановление
После того как скопление танкеров будет ликвидировано, а добыча стабилизируется, Ирак и Кувейт, по оценкам экспертов, начнут последовательно отменять режим форс‑мажора — контрактные положения, позволяющие экспортёрам временно прекращать поставки в условиях войны и других неконтролируемых обстоятельств.
Однако даже при самом благоприятном сценарии — успешном завершении мирных переговоров, отсутствии новых вспышек конфликта и ограниченных масштабах инфраструктурного ущерба — полное возвращение к довоенным объёмам операций в регионе в ближайшие годы выглядит маловероятным.
