В июле переработка нефти сократилась на 25% и опустилась до 3,91 млн баррелей в сутки — минимального уровня за 20 лет. Это привело к глубокому дефициту топлива и эффекту «топливного шока» для экономики.
Последствия для инфляции
Месячная инфляция в пересчёте на год резко выросла с майских 2% до 10,6%. Эксперты предупреждают, что дефицит топлива добавит ещё примерно 1–1,5 процентного пункта к годовому росту цен.
Ожидания инфляции населения поднялись до 14,7% — максимум с начала конфликта. По оценкам граждан, реальный рост цен на покупки составляет около 15,1%, а аналитики повышают прогнозы годовой инфляции до приблизительно 6,2%.
Риски для экономики
Невоенный сектор экономики приближается к рецессии: около двух третей кредитов бизнесу выданы по плавающей ставке, а долговая нагрузка предприятий достигла рекордных значений, сравнимых с периодом пандемии. Центральный банк ограничен в снижении ключевой ставки (в настоящее время 14,25%) из‑за ускорения роста цен и масштабных государственных расходов, что осложняет восстановление гражданской экономики.
Опасности для промышленной и портовой инфраструктуры
Промышленные объекты и порты стали целями атак, а сотрудники таких предприятий подвергаются повышенному риску. Это усугубляет перебои в логистике и снабжении, влияя на доступность топлива и стоимость перевозок.
