Слезы в Instagram: как интернет‑звезды пытаются говорить с Кремлём о блокировках и страхе

С усилением блокировок сначала WhatsApp, затем Telegram и участившимися перебоями с интернетом в целом — мерами, которые затронули уже не отдельные группы, а практически всю страну, — раздражение в адрес высшей власти стало заметно расти. Даже некоторые вчерашние сторонники, публично поддерживавшие курс руководства, теперь говорят о нём как о человеке, оторвавшемся от реальности и несущем ответственность за происходящее.

Обычная телевизионная пропаганда уже не гасит это недовольство. В воздухе чувствуется растерянность: привычные инструменты больше не работают так, как раньше.

И в этот момент на сцену выходят звёзды запрещённого в России Instagram* с многомиллионной аудиторией.

Первой «от лица народа» выступила блогерша Виктория Боня, много лет живущая за границей, — у неё более 12 миллионов подписчиков. Она записала 18‑минутное видеообращение к президенту. В нём заявила, что его боятся все: и обычные люди, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и народом огромная толстая стена». Далее она перешла к конкретным темам: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, которые собираются принять «во времена вашего правления», до массового забоя скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Речь, обращённая к главе государства, была, разумеется, построена «за здравие», а не «за упокой»: с заверениями в поддержке, упоминанием «наших мальчиков» на фронте и признаниями в любви к России и её народу. Появление стены между властью и гражданами Боня объяснила тем, что до первого лица просто не доходит правда: в интернете он не сидит, информацию получает на бумаге. Блогерша даже предложила создать для него специальную соцсеть, где были бы видны все обращения граждан.

Куда надёжнее, иронизируют комментаторы, было бы поставить стол возле кремлёвских ворот и дать возможность людям складывать туда письма с жалобами и проектами по «улучшению всего сущего». Поставить рядом офицера с ружьём, чтобы враги не растащили народную боль, а первое лицо государства каждый день лично забирало эту корреспонденцию.

В общем, стену между населением и «гарантом», которую возвели «слуги народа» и прочие высокопоставленные чиновники, по мысли Бони нужно срочно разрушить, иначе последствия будут тяжёлыми, — к такому однозначному выводу она приходит в финале обращения.

Практически сразу для того, чтобы «поддержать и дополнить» её позицию, появляется ещё одно видео — уже от блогерши Айзы. Она тоже говорит о любви к России и её народу и тоже делает это из‑за рубежа. В своём ролике она фактически по пунктам повторяет тезисы Бони: и про информацию, которая якобы не доходит до главы государства, и про «зажравшихся депутатов» с миллиардами и зарубежными паспортами, и про новый мессенджер «Мах», который она, разумеется, скачала, чтобы общаться с родителями в России, и который, по её мнению, просто нужно «сделать хорошим», чтобы заменить россиянам Instagram и Telegram.

Завершает эту цепочку уже телеведущая Катя Гордон — на сей раз из Москвы. Без лишних эмоций она заявляет, что пока президент «отвлечён на внешнеэкономические и политические вопросы», в России якобы действует группа, цель которой — подорвать доверие к первому лицу и вывести «несчастный и обездоленный народ» на улицы. Всё это, по её версии, провокация перед выборами в Госдуму, а «президент и спецслужбы должны обратить на это внимание» и разобраться с «пятой колонной» внутри страны.

На ролик Бони, собравший более 23 миллионов просмотров, в Кремле ответили оперативно. Пресс‑секретарь главы государства заявил, что по перечисленным в видео проблемам «ведётся большая работа, задействовано большое количество людей, и всё это не оставлено без внимания». Узнав об официальной реакции, Боня, счастливая и вся в слезах, записывает новое видео, в котором просит «не приплетать» её «к каким‑то там зарубежным медиа», разбиравшим её обращение, потому что она «с народом и внутри народа». В кадре, в красной футболке, напоминающей национальный флаг одной из стран, она, рыдая, благодарит и пресс‑секретаря, и президента. Воздевая руки к небу, произносит «спасибо, Господи!» и трогает себя за грудь — демонстрируя полную уверенность в собственной искренности.

Эксперты, журналисты и пользователи соцсетей наперебой выдвигают версии того, что произошло. Одни говорят о подковёрной борьбе элит, уставших от нынешнего курса, который ударил уже и по ним самим. Другие — о попытке администрации выпустить накопившееся недовольство «в инстаграм‑свисток», разыграв старую карту про «плохих бояр и хорошего царя». Третьи верят в личную инициативу блогеров. Четвёртые во всём обвиняют Запад, который якобы «раскачивает лодку», и называют Боню новым Навальным, видя в её видео попытку устроить в России «майдан».

Любой из этих вариантов не сулит власти ничего хорошего, потому что в сухом остатке фиксируется главное: раздражение накапливается уже не в отдельных социальных группах, а по всей стране. Несколько последних лет власть проводила над населением жёсткие политические и военные эксперименты, недвусмысленно давая понять: пока нынешний курс сохраняется, нормальной жизни не будет, вместо неё будет тот ад, который решат устроить наверху. Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кто оказался пушечным мясом, и вернувшиеся с войны убийцы в роли «новой элиты». Тюрьма за любую антивоенную активность и тотальная военная пропаганда, начинающаяся с детского сада. Люди старались делать вид, что всё понимают и готовы терпеть, но перестали терпеть, когда дело дошло до самого необходимого — связи и коммуникаций. В логике советского представления об информационных потоках понять эту зависимость практически невозможно.

В одном с Боней спорить трудно: рано или поздно «наступает момент, когда люди уже не могут бояться».

Отступит ли власть? Временно — возможно. Зарубежные агентства сообщают, что российские власти решили повременить с максимально жёсткими блокировками интернета и Telegram. Но практически одновременно становится известно: государство вкладывает ещё 12 миллиардов рублей в структуру, отвечающую за цензуру и техническую блокировку доступа. Это означает, что любой шаг назад будет лишь тактическим манёвром, а не пересмотром курса. Мы уже видели, как руководство делало шаг назад только для того, чтобы затем ещё сильнее закрутить гайки. Стиль давно сложился, менять его поздно: точка невозврата пройдена, а отступать, по их логике, некуда. Альтернатива для нынешнего руководства в их собственном представлении — либо международный трибунал, либо гибель где‑то на обочине военной системы.

И напоследок — несколько слов уже самой Виктории Боне. Уважаемая Виктория, во «времена правления» нынешнего президента, помимо краснокнижных животных, уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — тех самых представителей народа, которого вы так горячо любите из далёкого Монако. И делает это тот самый человек, к которому вы обращаетесь в слезах и которого благодарите с почти религиозным восторгом. Может быть, стоит подумать об этом, прежде чем записывать для него следующую трогательную челобитную.

* Соцсеть Instagram принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой в России.